Общество

«Они такие же дети, просто у них всё чуть-чуть по-другому»

В лицее имени Олимпия Панова города Тараклия, и еще в 10 учебных заведениях района работают ресурсные центры. Это место, куда могут прийти дети с особыми образовательными потребностями после уроков, либо даже во время занятий, если они устали. Ресурсный центр – необходимое условие для внедрения инклюзивного образования – это когда дети с особыми образовательными потребностями учатся не в специализированных школах, а в обычных, вместе со всеми детьми.

Ресурсный центр в лицее имени Олимпия Панова города Тараклия расположен на первом этаже здания. Туда нас проводит директор школы Мария Кирова. «Здание у нас неподготовленное для колясочников, доступен только первый этаж. Второй и третий – не приспособлен, разве что только переносить ребенка на руках», — рассказывает директор, но сразу же подчеркивает, что санитарный блок (блоки подготовили в каждом учебном заведении с пандемией коронавируса) адаптирован и для колясочников.

Центр в лицее работает более 6 лет, когда мы туда зашли, нас встретила только одна женщина, детей там не было. «Это наша Мария Семеновна», — представляет директор свою тезку и однофамилицу Марию Кирову, «наш вспомогательный дидактический кадр». Мария Семеновна, поздоровавшись, быстро уходит за учеником, которого она собиралась привести в центр.

Пока мы ждем Марию Кирову, директор нам начинает рассказывать о ресурсном центре школы. «Мы одни из первых его создали, это было одним из условий инклюзивного образования. У нас были дети с затруднениями в обучении, дети с особыми образовательными потребностями», — рассказывает Мария Кирова. Особые образовательные потребности могут быть у ребенка с инвалидностью, трудного подростка или школьника, которому трудно дается какой-то предмет.

«К нам пришли дети не первого класса, а седьмой, восьмой, мы очень переживали, как дети воспримут друг друга в классе», — вспоминает директор время, когда в районе были расформированы спецшколы. «Но я хочу сказать, что это в головах у взрослых, у детей такого нет. Они очень быстро с ними подружились», — утверждает Мария Кирова.

Районный совет выделил деньги на оборудование и открытие ресурсного центра – закупили мебель, ковры, диванчик для детей, компьютер и очень много дидактического материала, книг. «Специальной литературы для детей нет, поэтому приходится много распечатывать, много денег уходит на распечатку различных материалов. Для того, чтобы ребенок выполнил именно свою программу, свой куррикулум, учителя должны придумывать определенные задания для ребенка, потому что некоторые работают не по своему возрасту», — объясняет Мария Кирова.

В лицее Панова девять детей с особыми образовательными потребностями, среди которых и дети с инвалидностью. «На 10 детей, по нормативам, рассчитан 1 вспомогательный дидактический кадр — это очень мало», — говорит директор, «потому что есть дети, которых нужно сопровождать на уроках и получается, учитель может пойти только к одному ребенку. Подобрать расписание таким образом, чтобы она смогла попасть на урок ко всем детям невозможно, из-за других, ранее установленных требований к расписанию».  

В кабинет заходит ученик в сопровождении педагога Марии Кировой. Они садятся за большой светлый стол посреди кабинета и начинают заниматься. «Он учится в четвертом классе», — рассказывает директор, «очень общительный и открытый, хотя, когда пришел к нам было совсем все по-другому».

«Но нам очень повезло с Марией Семеновной – она действительно «учитель от Бога» — столько такта, терпения…», — продолжает директор. «Она сопровождает детей во время и уроков и после уроков они приходят сейчас, из-за сегодняшней ситуации (с ковидом), по одному, для выполнения домашнего задания», — рассказывает Мария Кирова.

Раньше, до пандемии, по словам Кировой, здесь проходили праздники, дети из других классов приглашали детей с особыми образовательными потребностями, проводили различные праздники, развлечения. Сюда приходили и другие дети, посидеть, поговорить и даже поработать, пообщаться.

Трудности. «Этому нигде не обучают»

«Мы не были готовы к такой работе, к работе с особенными детьми, потому что этому нигде не обучают», — говорит директор школы. Единственная возможность получить дополнительные знания по работе с детьми — это семинары, которые проводят Служба психопедагогической помощи с управления образования, которые по словам Марии Кировой, очень помогают. «Но во время курсов переквалификации, к сожалению, этого блока, блока работы с детьми с особыми образовательными потребностями нет. Но это очень большая работа и хотелось бы поддержки со стороны обучения педагогических кадров и надо подумать над тем, что одного педагогического кадра на 10 детей не хватает, несмотря на то что диагнозы у наших детей не очень тяжелые», — рассказывает Мария Кирова.

История Павла Стоянова

Павел Стоянов, лидер группы людей с ограниченными возможностями (ЛОВ), бывший ученик лицея имени Олимпия Панова, в то время это была школа №1. Павел занимался в обычном классе, поскольку его ограничения практически не влияли на ритм жизни. «Я так же бегал и прыгал на уроках физкультуры, хотя у меня было освобождение, общался с друзьями и были девушки», — рассказывает Павел, говоря о том, что все дети хотят расти в обществе сверстников, учиться, развиваться и играть вместе, несмотря на свои особенности. Но далеко не у всех все школьная жизнь прошла так гладко.

«У меня недавно был разговор с моим знакомым, он мой сверстник, у него было косоглазие, и он очень сильно комплексовал. Его друзья, одноклассники все время шутили над ним и даже прозвище дали, которое осталось с ним на всю жизнь. Хотя сейчас он стал бизнесменом, работает в Германии, сделал операцию, устранил свою проблему, но его по-прежнему называют тем же прозвищем, а он из-за этого “напрягается”», — рассказывает Павел, объясняя, что отношения в школе могут оставить свой след на всю жизнь.

 По его мнению, до внедрения инклюзивного образования, дети с ограниченными возможностями были лишены какого-либо внимания. Их интеграция, социализация стала возможной благодаря именно инклюзивному образованию. «Они лучше развиваются вместе с остальными ребятами, это во-первых, во-вторых, трудности и барьеры, которые они будут встречать в жизни, они будут легче преодолевать», — уверен Павел. «А другие дети узнают, что есть и такие дети, у которых есть особые потребности, что они такие же, как и все, просто у них чуть-чуть все по-другому и будут лучше к ним относиться», — уверен Павел.

***

В 2021 учебном году на содержание 11 ресурсных центров в Тараклийском районе, а также на зарплаты вспомогательным педагогам было выделено 1 млн 171 тыс. 400 леев из фонда инклюзивного образования. Это 2% от бюджета, выделенного на образование в районе, что предусмотрено формулой финансирования.

По информации ЮНИСЕФ-Молдова, Программа развития инклюзивного образования на 2011–2020 годы была утверждена для гармонизации национального образования с практикой развитых стран, где дети с особыми потребностями учатся вместе с другими учениками в инклюзивных классах. «Систему образования Молдовы необходимо адаптировать и индивидуализировать с учетом нужд всех детей», — отмечается в сообщении организации.


Данный материал разработан ОА TARSMI при поддержке Фонда Восточная Европа в партнерстве с Центром “Партнерство по Развитию” из финансовых средств, предоставленных Швейцарским управлением по развитию и сотрудничеству и Швецией. Содержание материала/публикации отражает мнение авторов, которое не обязательно совпадает с позицией доноров.

Похожие статьи

Back to top button